Приглашаю постоянных читателей и наших гостей к осмотру галереи.

"... Отец и все мои родные, жившие с нами в одной квартире, умерли на моих глазах в январе феврале 1942 года. Мама не встает с постели уже много дней. У нас четыре комнаты, в каждой лежит мертвый человек. Хоронить некому и невозможно. Мороз почти как на улице, комната огромный холодильник... Могильно тихо..."

Так пишет Илья Глазунов в своих дневниках. Такое начало жизни определило многое в жизни одного из самых лучших художников XX века. Я знаю и вижу ухмылки многих по поводу Ильи Глазунова. Его огромные документальные полотна сравниваются с плакатами, считаются слишком прямолинейными. Интересно, а не то ли мы видем в сценах страшного суда на стенах наших храмов. Художники-иноки с наивной дотошностью изображали десятки и сотни фигур в адовом огне. "Люди на его портретах все с огромными глазами." - говорят другие. Странно. Вот у Модильяни - люди вообще без глаз - и это ничего. А ведь через глаза душа человеческая проглядывает. "Да и работет он как-то грубовато" - говорят третьи. Взгляните на работы Глазунова 1950-х годов. Такой школы и мастерства Вы не найдете у многих кого признают лучшими.

А самое главное. Илья Глазунов вернул традицию русского живописного искусства, когда каждое новое полотно было событием в общественной жизни страны. Да, художник в России - больше, чем художник. Тут же слышится - "коньюктурен". Не соглашусь. С 60-х он говорит о том, что стало "модным" лишь в последнее десятилетие.

Я познакомился с Ильей Сергеевичем Глазуновым в 1974 году, когда его картины нигде не выставлялись, а мы устроили выставку иллюстраций к Достоевскому в МГУ. С тех пор я следил за его творчеством и за его мировоззрением. Мне кажется, мировоззрение, которое он никогда не скрывал, не мене ценно, чем живопись. Мнение художника о "квадратах" вполне представляю.

Впрочем, быть может, Илья Сергеевич выскажется и сам.

Зря Вы насчет фотографии. Этот "ювенильный" аргумент в споре с реализмом нужно оставить студентам какого-нибудь РГГУ. Мир немного сложнее мгновенной проекции его кусочка на фотопленку. Да и реализм - это вовсе не стереометрия. Реализм, и об этом пишет Глазунов цитируя Достоевского - это признание, что мир - арена борьбы добра и зла.

Насчет мастерства - Вы сильно ошибаетесь, мне кажется. Глазунов был замечен еще до поступления в академию. Естественно, рассказ истинного реалиста - это рассказ (картина) о себе, от себя, через себя. Здесь как раз и нужна точность. Иначе получится масло-маслянное, сон во сне, странный аттрактор.

Позвольте процитировать: "Он опять вспомнил Учителя. Тот как-то ему объяснил, что современные авангардисты и прочие модернисты, на самом деле и в подметки не годятся Шишкину и Айвазовскому. Поскольку мир это всего лишь фантазия духа, то всякое точнейшее ее копирование и есть настоящий авангардизм. А эти смешные открыватели новых горизонтов, всего лишь рабски копируют единственное реально существующее - сознание художника. Поэтому исторически живопись, возникшая в каменные времена, завершила свою миссию, вернувшись к примитивному пещерному реализму. Конечно, самым отстраненным искусством было и остается искусство фотографии. Но и Перовские водовозы очень неплохи! ".